Правда и ложь о Катыни

Форум против фальсификаций катынского дела
 
ФорумПорталГалереяЧаВоПоискРегистрацияПользователиГруппыВход

Поделиться | 
 

 Замечания к примечанию

Предыдущая тема Следующая тема Перейти вниз 
АвторСообщение
Вячеслав Сачков



Количество сообщений : 4320
Localisation : Москва / Троицк
Дата регистрации : 2009-05-26

СообщениеТема: Замечания к примечанию   Вс Апр 04, 2010 11:05 am

Замечания к примечанию

В катыноведческой литературе выражение «передача в УНКВД» неизменно трактуется как синоним расстрела. Так, в сборнике документов «Катынь. Март 1940 г. — сентябрь 2000 г. Расстрел. Судьбы живых. Эхо Катыни. Документы» присутствуют следующие пассажи: «После проведения фильтрации 717 возвращенных из финского плена военнослужащих РККА были переданы в распоряжение УНКВД по Ивановской области (то есть расстреляны), 2300 узников отконвоированы в Норильский лагерь, 1942 человека — в Воркутинский. Лишь 360 раненых остались в Вязниковском госпитале, 132 — в Ковровском. 1 сентября 1940 г. начальник Южского лагеря Соколов докладывал в УПВ: «Непосредственно в зоне лагеря бывших военнопленных нет»» (с. 42).
«После отправки в конце августа 1940 г. из Южского лагеря 717 бойцов и командиров Красной Армии, побывавших в финском плену, в Ивановскую тюрьму на расстрел, 2300 человек — в Норильский лагерь ГУЛАГа, 1942 военнослужащих — в Воркутинский лагерь [23], он также стал резервным» (с. 202; в цитате ссылка: См. подробнее: Лебедева Н. С. Материалы о судьбе военнослужащих РККА, плененных в период «зимней войны» 1939—1940 гг. //Мир источниковедения. Москва—Пенза, 1994. С. 185-191).
На основании чего составительница сборника Н. С. Лебедева установила, что все переданные в данном случае в УНКВД были расстреляны?
Обратимся к документам.
23 мая 1940 года Берия докладывал Сталину: "В процессе работы оперативной группы из 1448 военнопленных выявлено шпионов и подозрительных по шпионажу - 106
человек, участников антисоветского добровольческого отряда - 166 человек, провокаторов - 54, издевавшихся над нашими военнопленными - 13 человек, добровольно сдавшихся в плен - 72".

http://ricolor.org/europe/finlandia/fr/history/war/1/

Итого выявлено (заметим: именно выявлено, а не арестовано и не передано в УНКВД; это все - разные вещи) 411 чел. В т. ч. группа особо виновных - участников антисоветского добровольческого отряда, провокаторов и издевавшихся над нашими военнопленными - 233 чел. Другая группа - шпионов и подозрительных по шпионажу, участников антисоветского добровольческого отряда, издевавшихся над нашими военопленными - 292 чел. В обе группы по подсчету не входят 72 добровольно сдавшихся в плен как, видимо, относительно менее виновные, и одинаково входят 179 участников антисоветского добровольческого отряда и издевавшихся над нашими военнопленными. Категории шпионов и подозрительных по шпионажу и провокаторов выходят, таким образом, вариативными, соответственно включаясь или не включаясь в группы по 233 и 292 чел.

В предисловии к вышеупомянутому сборнику документов Н. С. Лебедева упоминает некую справку УПВ от 1 июня 1940 г. (которая не вошла в сборник), согласно которой на тот день в Южском лагере находился 5371 репатриированный боец и командир Красной Армии, побывавшие в финском плену (т. е. на 97 меньше количества 5468). Постольку можно считать, что к тому отчетному дню в УНКВД были переданы первые 97 чел. из числа выявленных к 23 мая.

"1940 г. июля 2, Москва. — Сводка УПВ НКВД СССР о составе интернированных в Козельском и Юхновском лагерях и сопроводительное письмо к ней, адресованное В.В. Чернышеву

№ 25/6825
Сов. секретно

Заместителю народного комиссара
внутренних дел Союза ССР
Товарищу Чернышову
... Докладываю, что кроме Козельского и Юхновского лагерей в данное время заняты следующие лагеря: ... Южский (5 098 быв. военнопленных, принятых от финских властей). ...

Начальник Управления НКВД СССР по делам о военнопленных
капитан госбезопасности
П.Сопруненко
...
Резолюция на полях красным карандашом: «Возвратить т. Сопруненко Г.В. 25.7»
Виза В.В.Чернышова: «К св[едению] Чер[нышов]»

РГВА. Ф. 1/п. Оп. 1е.Д. 3. Лл. 71-74. Подлинник"

http://katynbooks.narod.ru/1940_2000/19402000.html#106doc

Уменьшение на 370 чел. от первоначального количества 5468. На основании этого можно было бы предполагать, что ко 2 июля в УНКВД передано уже 370 чел. из 411 выявленных на 23 мая, а не переданным оставался, соответственно, еще 41 чел., но эту гипотезу не подтверждает следующий документ:

«СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО

СВОДКА
о наличии быв. военнопленных в Южском лагере НКВД
По состоянию на 12.VII.1940 года

Правительственной комиссией принято от финских властей быв. военнопленных советских граждан — 5468 чел.

1. Из этого числа отправлено в УНКВД по Ивановской области 294 чел.
2. Умерло 4 чел.
3. Покончил самоубийством 1 чел.
4. Отправлено без разрешения Управления НКВД по делам о военнопленных в части, где они ранее служили (разыскиваются через ОО ГУГБ) 2 чел.
5. Содержатся в госпиталях гор. Ленинграда 5 чел.
6. Содержатся в Южском лагере НКВД 5172 чел.
Из них :
1. Ст. комсостава 18 чел.
1а. Ст. политсостава 4 чел.
2. Ср. комсостава 225 чел.
2а. Ср. политсостава 26 чел.
3. Мл. комсостава 713 чел.
За. Мл. политсостава 30 чел.
4. Рядовых 4066 чел.
5. Врачей 12 чел.
6. Фельдшеров и лекпомов 30 чел.
7. Ветеринарных фельдшеров и лекпомов 3 чел.
8. Санитарных инструкторов 39 чел.

http://2001.vernadsky.info/h1/w01005.htm».

Сначала разберемся с двумя основными категориями: переданными и не переданными в УНКВД.
Судя по числу переданных в УНКВД 294 чел., следствие по делам членов второй группы в 292 чел. и двух из остальных 119 (13 провокаторов и 106 шпионов и подозрительных по шпионажу) закончено, эти лица арестованы и переданы в УНКВД. Постольку из 411 выявленных на 23 мая оставались не переданными в УНКВД 117 (411 - 294). 2 июля 76 из последних (370 - 294), по всей видимости, не включались в общую сумму считавшихся находившимися в лагере, так как уже были арестованы оперативно-чекистской группой, в кратчайшее время после чего должны были быть переданы УНКВД, однако передача задержалась, и потому в следующем отчете эти лица оказались включенными в общую сумму находившихся в Южском лагере.
Далее разберемся по другим категориям.
Пографный подсчет по разделу находящихся в Южском лагере дает сумму 5166, а не 5172, на 6 меньше. Их можно было бы включить в отсутствующую графу "прочие". Допустим, в нее в действительности входят четверо умерших и самоубийца (они же считающиеся находящимися в госпиталях Ленинграда).
5166 + 5 = 5171, но тогда выйдет все равно на одного меньше 5172. Если же принять одного из учтенных находящимися в госпиталях Ленинграда живым и одновременно учтенным в количестве находящихся в Южском лагере, тогда все сойдется.
Иначе можно пересчитать так.
Переданных в УНКВД и находящихся в воинских частях 296 (294 + 2).
Сумма находящихся в Южском лагере при подсчете по графам 5166. 5166 + 296 = 5162. Всего должно иметься 5168. Не хватает шести. Учтя четверых умерших и одного
самоубийцу, получим 5167. Не хватает еще одного. Но имеется еще пятеро находящихся в госпиталях Ленинграда. Допустим четверо именно из них, а не из числившихся в Южском лагере, умерло. Тогда находится отсутствующий, с учетом которого сходится общая сумма, который, по всей видимости, оказался учтенным дважды - в категории находившихся и в Ленинграде, и в Южском лагере. Скорее всего, ко дню составления отчета он уже прибыл из Ленинграда в Южский лагерь, но по ошибке оставался числиться в категории находившихся в Ленинграде.

«СПЕЦСООБЩЕНИЕ
Л. П. БЕРИИ И. В. СТАЛИНУ
О ВОЕННОПЛЕННЫХ ЮЖСКОГО ЛАГЕРЯ НКВД СССР

29 июля 1940 г.
№ 3046/б
Сов. Секретно

ЦК ВКП(б) – тов. Сталину

В Южском лагере НКВД СССР содержится бывших военнопленных 5175 человек красноармейцев и 293 человека начальствующего состава, переданных финнами при обмене военнопленными.
Созданный НКВД СССР для проверки военнопленных оперативно-чекистской группой установлено, что финскими разведывательными органами среди военнопленных красноармейцев и начсостава проводилась работа по вербовке их для вражеской работы в СССР.
Оперативно-чекистской группой выявлено и арестовано 414 человек, изобличенных в активной предательской работе в плену и завербованных финской разведкой для вражеской работы в СССР.
Из этого числа закончено дел и передано Прокурором Московского Военного округа в Военную Коллегию Верховного Суда СССР следственных дел на 334 человек.
Приговорено к расстрелу – 232 человека (приговор приведен в исполнение в отношении 158 человек).
НКВД СССР считает необходимым в отношении остальных военнопленных, содержащихся в Южском лагере, провести следующие мероприятия:
1. Арестовать дополнительно и предать суду Военной коллегии Верховного суда СССР – 250 человек, изобличенных в предательской работе.
2. Бывших военнопленных в числе 4354 человек, на которых нет достаточного материала для предания суду, подозрительных по обстоятельствам пленения и поведения в плену, - решением Особого Совещания НКВД СССР осудить к заключению в исправительно-трудовые лагеря сроком от 5 до 8 лет.
3. Бывших военнопленных в количестве 450 человек, попавших в плен будучи ранеными, больными или обмороженными, в отношении которых не имеется компрометирующих материалов, - освободить и передать в распоряжение Наркомата Обороны.

Народный комиссар
внутренних дел Союза ССР Л. БЕРИЯ

АП РФ. Ф. 3. Оп. 66. Д. 581. Л. 78-79. Подлинник. Машинопись».

Приводится по: Лубянка. Сталин и НКВД-НКГБ-ГУКР «Смерш». 1939 – март 1946. М. 2006, с. 181.

За два месяца к 411 выявленным добавилось еще трое, и всех 414 успели передать УНКВД. Как видно, к 29 июля были расстреляны еще не все из 166 участников антисоветского добровольческого отряда, а общее количество приговоренных к ВМН 232 оказывалось на одного меньше численности первой группы (по состоянию на 23 мая) 233 чел. Возможно, тяжелое обвинение в отношение одного из них оказалось опровергнутым или ко времени вынесения приговора он покончил жизнь самоубийством или скончался (данных об умерших в период после 12 июля нет).
Подсчет по группам, приведенным в комментариях Н. С. Лебедевой, дает общую численность бывших пленных на 1 сентября 5451 чел., т. е. на 17 чел. меньше первоначального количества.
Пятеро из них умерли до 12 июля, двое на тот день числились в воинских частях. Не исключено, что и до 1 сентября в Южский лагерь оказались не доставленными. С учетом этого можно констатировать убытие еще на 10-12 чел. с 12 июля.
Общая численность контингента двух этапов и двух госпиталей (обратим внимание на то, что общая численность находящихся в госпиталях 492 чел., или на 42 человека больше квоты подлежавших освобождению) 4734. Разница между 5451 и 4734 - 717. По этому расчету маститая катыноведка, видимо, и заключила, что столько и было передано УНКВД, т. е. расстреляно.
Однако все же не хочется верить, что Н. С. Лебедева привела цифру 717 без подобающих дальнейших обоснований.
Поэтому допустим, в ее распоряжении имелся документ (на который она нигде никогда не ссылалась), откуда ей была взята эта цифра. Просто сноска, указывающая соответствующий архивный документ, вероятно, случайно была сокращена редактором. И проверим это предположение.

Катыноведка не указывает дату, на которую в Ковровском и Вязниковском госпиталях находится 492 бывших пленных. А дата в данном случае существенно важна.
Если она приходится на день до 29 августа, то это может в корне менять дело.
Вот письмо, датированное 31 октября 1940 г., адресовалось «первому депутату Верховного Совета СССР вождю народов Советского Союза тов. И. В. Сталину» за подписями А. Н. Смирнова, А. М. Светикова, М. Волоховича, А. Г. Самойлова, К. П. Гичака, Т. Ф. Никулина и А. Ф. Зубова было подготовлено «по поручению 230 бывших военнопленных, командиров РККА», ныне «находящихся в Воркутском лагере НКВД», (обращает на себя внимание, что число находившихся в Воркутлаге лиц «среднего и старшего командного и начальствующего состава РККА» близко к численности командиров, находившихся в Южском лагере, указанной в справке НКВД):
«... После нашего обмена (20-25 апреля) и до 29 августа 1940 года мы содержались в Южском лагере НКВД Ивановской области, где органами НКВД расследовались
обстоятельства нашего пленения и поведения там. Нашу изоляцию нам объяснили также как мероприятие временное, проводимое с целью предупреждения возможности проникнуть в нашу страну шпионов и диверсантов под видом военнопленных. Что мы, разумеется, вполне понимаем и одобряем. При нашей активнейшей помощи органами НКВД - были разоблачены и преданы суду все враждебные и антисоветские элементы, показавшие себя таковыми в бытности в белофинском плену. В нашей группе остались абсолютно честные и проверенные люди, которых, как уверяли работники НКВД и командование лагеря, должны были направить в свои части и по домам.
29-го августа нас, якобы для передачи НКО, под усиленным конвоем и конспиративно, привезли на станцию, подвергли обыску, заперли в вагону и повезли в Архангельск, где пересадили на пароход и как опаснейших преступников привезли в Воркутский лагерь, куда водворили, заставив еще сделать марш в 250 километров пешком, почти босыми и полуголодными.
Надо сказать, что всю дорогу нас везли в военной форме с красноармейскими звездочками на фуражках, называли товарищами, прятали от людей и тщательно скрывали место назначения и цель поездки.
В Воркуте с нас сняли звездочки, отобрали деньги и ценные вещи, подвергли дактилоскопированию и сфотографировали как обычных преступников, затем
сказали, что мы арестованы и по существу запретили впредь обращение «товарищ» к начальству. На наши вопросы, чем вызвано наше превращение в арестантов и его основание к этому. Начальство ответило, что о нас ему ничего не известно.
Основания к заключению будут после, а коли мы попали в лагерь, то являемся никем иными, как арестантами.
Так, тов. Сталин, мы стали заключенными без предъявления обвинения, ареста и суда, так товарищами нам сделали преступников и не товарищами всех граждан СССР. В чем вина, кем и как мы наказаны мы не знаем и до сего дня.
Известно что заключенным и народу нас рекомендовали как красноармейцев, добровольно приехавших сюда. В одном случае, и как изменников родины, добровольно приехавших к белофиннам, - в другом. Не знаем, кому и зачем нужна эта ложь. Здесь в Воркутском лагере к нам применили общий тюремный режим, одели в арестантскую форму и направили на работу на пайке заключенных. Результатом всего этого уже сказывается: среди нас появилась цинга и есть случаи заболевания туберкулезом. Видимо, в нашей среде они найдут себе достаточную жатву.
Мы хотим, тов. Сталин, рассказать Вам о том, что же мы за люди, при каких обстоятельствах попали в плен, и как, наконец, вели себя там.
Из 230 человек среди нас 185 - командиров-кадровиков со сроком службы в РККА от 7 в среднем и до 20-22 лет. Из нас по званию: капитанов 12, ст. лейтенантов 32,
лейтенантов 72, политруков 23, мл. лейтенантов, медперсонала и др. 91 человек, из командиров 66 летчиков, сбитых белофиннами при выполнении боевых заданий.
По партийности среди нас: членов ВКП(б) - 82, кандидатов ВКП(б) - 40, и комсомольцев 58 человек, т. е. 78% всего состава.
В каком же состоянии мы попали в плен: ранеными, в том числе и по несколько раз - 93, контуженными 46, обмороженными и обгоревшими 70 человек. Находясь в плену, мы, как правило, не скрывали своей партийности и звания и в подавляющем большинстве были захвачены с партдокументами, терпели издевательства, не получали медпомощи и неоднократно избивались белофиннами. ...
Мы просим Вас, дорогой тов. Сталин, принять меры к тому, чтобы нас если мы изменили родине тем, что попали в плен - по закону судили или прекратить то, что до сих пор чинится над нами».

http://forum.ostashkov.ru/showthread.php?t=3316&page=5

Этот эпизод Лебедевой, видимо, оказался неизвестным. По количеству 42 медика (12 врачей и 30 фельдшеров и лекпомов) вполне помещаются в указанную в письме категорию "мл. лейтенантов, медперсонала и пр." из 91 чел. Даже если в нее целиком входили трое ветеринаров и шестеро не указанных в сводке от 12 июля, которых можно было бы обозначить прочими, то оставалось еще 40 позиций - совершенно достаточно для представительства младших лейтенантов. Подсчет офицеров по званиям, количества которых прямо указаны в письме, дает сумму 139, а всего кадровых офицеров, как отмечается, 185. Итого только на кадровых младших лейтенантов из только что названного остается 36.
230, от имени которых направлено письмо, очевидно входили в число тех самых двухсот пятидесяти, которых Берия предписал «арестовать дополнительно и предать суду Военной коллегии Верховного суда СССР».
Разберемся. К моменту непосредственного начала разгрузки Южского лагеря имелся в фактическом наличии 5451 чел. Из них 414 было уже передано в УНКВД, обвинительные материалы на 4354 подлежали передаче для оформления приговоров ОСО и 450 находившихся в госпиталях предписывалось освободить. Итого 5218. За вычетом этого количества из наличных 5451 фактически оставалось не 250, а на 17 убывших меньше, т. е. 233. В высшей степени сомнительно, чтобы Берия приказывал арестовывать в т. ч. и умерших. По всей видимости, они расходились по другим категориям, в самую первую очередь, к подлежавшим осуждению ОСО.
Не исключено, но крайне сомнительно, чтобы оперативно-следственная бригада, работавшая в Южском лагере, вынесла двум находившимся в воинских частях обвинительные заключения заочно. Постольку вероятнее всего то, что они включались в квоту 250. Но вопрос о том, удалось ли их арестовать оперативно-следственной группе, отдельный. Если нет, тогда количество арестованных по квоте могло реально достигать максимально 248 чел.
Из этого логически вытекают следующие выводы.
1. Точное выполнение директивы Берии от 29 июля могло дать максимальную сумму переданных УНКВД 664-662 чел. (414 уже переданных и 250 (соответственно,
248)).
Откуда могло набраться 717 (больше на 53), непонятно, поскольку тем же распоряжением решался вопрос и по остальным категориям, т. е. добор за счет них сверх установленной квоты совершенно не предусматривался. Следовательно, 230 чел., от имени которых было написано приведенное выше письмо от 31 октября, могли быть только определенными квотой 250 чел. и никем иными.
2. Реальное общее количество отправленных в лагеря по приговорам ОСО должно было быть немного, на в пределах до 10 чел., меньше определенного в спецсообщении общего количества 4354 чел., т. е. до, соответственно, 4344 чел. А по справке Соколова, на которую опиралась в своих выводах Лебедева, отправленными оказалось значительно меньше - всего 4242 чел., т. е. на 102 чел. меньше по сравнению даже и с меньшей цифрой 4344.
3. Приговоренных к расстрелу имелось на 29 июля всего 232, из них 74 еще не расстрелянных, которых казнили почти наверняка поздней. Прямо противоположным образом обстояло дело с остальными 194 из числа 414 переданных в УНКВД до 29 июля. Поскольку к 23 мая оперативно-чекистская группа из 411 отфильтрованных выявила всего 233 серьезных преступника, а число смертных приговоров оказалось на 1 меньше, мы можем предполагаться, что обвинение в отношении одного не подтвердилось или ВК ВС сочла возможным не выносить ему смертный приговор. Или тот человек не дожил до вынесения приговора, из-зи чего приговор не был вынесен.
Поскольку остававшиеся 194 обвинялись в значительно менее тяжких преступлениях по сравнению с теми, кого осудили к смертной казни, имеются веские основания утверждать, что смертные приговоры им вынесены не были. А привлеченным по дополнительной квоте и тем более.

На каком более конкретном основании командиров транспортировали в Воркутинский лагерь? Какой юридический статус они имели во время транспортировки и нахождения в Воркутинском лагере в период до определения полномочными инстанциями их дальнейшей участи?
По статусу, факту и логике ситуации Южский лагерь представлял собой проверочно-фильтрационный лагерь (ПФЛ), входивший в систему УПВ. После распоряжения об его разгрузке часть контингента - еще не обеспеченных обвинительными заключениями - требовалось перевести из него для временного содержания в другое пенитенциарное заведение в статусе военнослужащих, следственная проверка по делам которых еще не была завершена. В точном соответствии со всеми существовавшими требованиями командиров подлежало переместить в другое заведение УПВ, но в данном случае предпочли отступиться от правил, поскольку решение дальнейшей участи офицеров в Воркутинском лагере ожидалось в скорейшем будущем - в худшем случае большие лагерные сроки или - в лучшем - освобождение.
Таким образом, выясняется, что из 717 переданных, по утверждению Лебедевой, УНКВД из наличного количества без осуществления каких-то дополнительных мер (в частности, перевода из квот осужденных и подлежавших осуждению ОСО, а также освобождению) могло быть набрано не более 664 (или даже 662), в числе которых имелось примерно 232 (в т. ч. 158 - несомненно) расстрелянных и примерно 432 (из них 230 - несомненно) не казненных.
Итого 388 (230 + 158) чел., с которыми стало все ясно.
Под вопросом остались дальнейшие судьбы всего 329 из 717 (717 - 388), в т. ч. 276 из 664 и 53 из остальных (717 - 664).
Сначала попробуем разобраться с 276.

Журналист из Республики Коми Михаил Рогачев пишет:
«В списках репрессированных, опубликованных в мартирологе «Покаяние», можно найти фамилии 37 красноармейцев, призванных из Коми АССР и оказавшихся в плену во время Зимней войны…
Среди «изобличенных в активной предательской работе в плену», чьи дела на момент составления справки (от 29 июля. – В. С.) еще не были рассмотрены, оказались и коми красноармейцы Степан Казаков и Григорий Лодыгин…
9 августа 1940 г. Г. Казакова арестовали в Южском лагере и отправили в Ивановскую тюрьму. 15 ноября 1940 г. военный трибунал Московского военного округа приговорил его к 10 годам лишения свободы.
«Преступление» Казакова квалифицировали по п. 4 ст. 58».
«А Григорий Лодыгин был обвинен в «измене Родине». 28 октября 1940 г. ОСО при НКВД СССР осудило его «за изменническое поведение в плену» на 8 лет лишения свободы».

http://www.gazeta-respublika.ru/article.php/555

Рогачев разобрался с категориями явно неудовлетворительно. Обвинительные заключения на «изобличенных в активной предательской работе в плену» предписывалось передавать прокурору Московского военного округа.
Постольку Казаков несомненно был в числе 717 якобы поголовно расстрелянных НКВД, а Лодыгин должен был входить в число 4354 бывших пленных, обвинительные заключения на которых спецсообщением от 29 июля предписывалось передавать в ОСО.
Случай Казакова убедительно опровергает утверждения о том, будто бы все переданные УНКВД были расстреляны. Как видим, по крайней мере один из них не был расстрелян точно. Можно, конечно, пытаться причислять этот случай к тем исключениям, что лишь подтверждают общие правила, но продолжим разбираться дальше.
«Остальные 35 коми солдат попали в число тех, «на которых нет достаточного материала для предания суду, подозрительных по обстоятельствам пленения и поведения в плену».
Руководствуясь указанием из Москвы, следователи стали печатать обвинительные заключения. Работа была проделана титаническая – все заключения напечатаны за 6 дней, с 20 по 26 августа. Впрочем, работа эта была чисто технической. Все обвинительные заключения совершенно одинаковые!
Лагерная судьба коми солдат сложилась по-разному. Из 35 человек 27 попали в Норильский ИТЛ на строительство медно-никелевого комбината.
Остальные 12 (В. Бородкин, В. Вавилин, П. Забоев, А. Ивашев, М. Королев, К. Кырнышев, А. Лобанов, А. Макаров, А. Обрезков, М. Пехтерин, И. Семенов, С. Сердитов) остались на родине – на начало октября 1940 г. они числились в Северо-Печорском железнодорожном ИТЛ.
Однако возможно, что вначале их доставили в Воркуту, а уж затем перевели в подразделения относительно нового (создан в мае 1940 г.) Севпечжелдорлага, в основном создававшегося как раз на базе Воркутинского ИТЛ. На момент окончания срока некоторые из них уже числились за Воркутинским ИТЛ».
«В период с 13 сентября по 4 октября 1940 г. Особое совещание (ОСО) при НКВД СССР рассмотрело дела военнопленных и вынесло решение: всем по 5 лет лишения свободы. Различались только формулировки обвинения, соответствующие резолюциям на обвинительном заключении: 20 красноармейцев из Коми АССР получили свой срок «за сдачу в плен белофиннам без оказания сопротивления», 8 – «за нарушение воинской присяги».
Еще до составления обвинительного заключения и вынесения приговора всех бывших военнопленных отправили в лагеря, разумеется, не как осужденных, а как следственных. И уже прибыв «в места не столь отдаленные», они узнали, что арестованы и осуждены" (там же).
Обратим внимание на размеры сроков 5 и 8 лет. Дело в том, что максимальный срок, который могло назначить ОСО, был 8 лет, а военный суд мог назначить более суровую меру вплоть до смертной казни, хотя в отдельных конкретных случаях приговор мог оказаться и значительно мягче - вплоть до полного оправдания.
Казаков и Лодыгин не значатся в приведенном Рогачевым поименном списке попавших в Воркутинский лагерь. Значит, их отправили в Норильский, из чего, в свою очередь, следует, что общее количество нерасстрелянных по квоте 250 составляло не менее 231 и что их отправили в два лагеря - Воркутинский (230) и Норильский (1).
Внесем еще одну поправку в итог: 389 (231 + 158) чел., с которыми ясно, и 328 из 717 (717 - 389), в т. ч. 275 из 664 и 53 из остальных (717 - 664).
О дальнейшей судьбе 230, от имени которых было написано коллективное письмо Сталину, Рогачев сообщает:
"Письмо, скорее всего, до адресата не дошло (в бумагах политотдела Воркутинского ИТЛ сохранилась его копия) и последствий для авторов не имело. Но вполне вероятно, что "от греха подальше" командиров развезли по разным лагерям и лагпунктам". На самом деле гораздо вероятнее прямо противоположное. То, что в бумагах политотдела отложился не оригинал, а копия, свидетельствует о том, что письмо было в самом деле отправлено, причем не без содействия сотрудников политотдела. Ведь случай,
действительно, был нетривиальный: в лагерь были отправлены и содержались в нем уже более месяца люди даже без обвинительных заключений на совершенно неизвестных, неопределенных основаниях. Это являлось очевидным нарушением действовавшего порядка. В том же положении пребывали и рядовые коми, которые могли не поднимать вопросов, возможно, чувствуя за собой реальную вину или даже просто не понимая того, что с ними произошло. Ведь они в подавляющем большинстве были из самых глухих мест, неграмотными, русским языком, возможно, еле-еле владели. Поэтому даже и не пытались протестовать, добиваться определения собственной дальнейшей судьбы.
А с петицией офицеров лагерная администрация была просто обязана считаться, и потому ответ на заявление (которое обязательно должно было дойти до правомочной инстанции) должен был быть составлен и доставлен по всей форме. Возможных вариантов при этом имелось два. По первому, худшему, командирам определили какие-то, явно минимально возможные, сроки. По второму, лучшему, могли и вовсе освободить, сочтя наказание, которое офицеры уже успели перенести, достаточным. А судя по тому, что Рогачеву не удалось выяснить их дальнейшую судьбу, их освободили. В противном случае журналист сумел бы разыскать лагерное дело хотя бы на одного из них.
Между тем, в справочнике "Книга Памяти 1939-1940" (изд-во "Патриот") (http://www.patriot-izdat.ru/memory/1939-1940/) приводятся биографические данные большинства авторов коллективного письма:
- лейтенант Михаил Иванович Волохович, 1917 г. р., был в плену с 29.02.1940;
- лейтенант Кирилл Петрович Гичак, 1912 г. р., был в плену с 19,01.1940;
- капитан Александр Николаевич Смирнов, 1902 г. р., 208 сп 18 сд;
- красноармеец Алексей Михайлович Светиков, 1911 г. р., род. в с. Б. Избердей Шехманского р-на Тамбовской обл.;
- лейтенант Леонид Федорович Зубов, 1909 г. р.

"В списке осужденных не хватает семи человек. Это Василий Бородкин, Иван Игнатов, Федул Кетов, Алексей Кузнецов, Андрей Лютоев, Леонтий Фролов и Андрей
Артеев. Они тоже пошли в лагеря, но без приговора. Вероятно, бюрократическая машина НКВД где-то дала сбой, и их просто забыли включить в списки осужденных. Спохватились только тогда, когда они уже отсидели почти два года. Уже шла война, поэтому ОСО при НКВД СССР 15 июня 1942 г. приняло «мудрое» решение: «за сдачу в плен белофиннам» всех осудить «на период войны»…" (там же).
Существенно неточно.
Во-первых, о перечисленных Рогачевым можно сказать, что в лагеря они прибыли без приговоров все, поскольку, по его же словам, приговоры по их делам ОСО начало выносить 13 сентября, т. е. в день, когда бывшие пленные только еще могли поступить в места заключения (этап на Норильск отправился из Южского лагеря 22 августа, далее следовали на теплоходе "Родина" от Мурманска до Дудинки, куда прибыли 14 сентября (http://2001.vernadsky.info/h1/w01005.htm); примерно одновременно должен был прибыть в Воркуту и этап, отправившийся из Южского лагеря 29 августа). А сообщения о вынесении приговоров должны были поступить в лагеря соответственно позже. Во-вторых, вызывают сильные сомнения его предположения о сбое бюрократической машины. Более состоятельным нам представляется другое объяснение. С вынесением приговоров по распоряжению Берии можно было не торопиться, поскольку бывшие пленные уже находились в лагерях. Но для вынесения приговоров имелись также и предельные сроки. Именно, минимальным сроком, который могло назначить ОСО, было 2 года, после чего возникал вопрос об основаниях для продолжения содержания в заключении, т. е. в т. ч. об освобождении.
"В конце 1941 – начале 1942 гг. началось досрочное освобождение заключенных с последующим призывом в армию и отправкой на фронт. В 1943 году дошла очередь и до бывших военнопленных. В апреле-июне 1943 г. постановлениями Президиума Верховного Совета СССР было «удовлетворено ходатайство» о направлении на фронт 12 заключенных Норильского ИТЛ: Василия Забоева, Ивана Зиновьева, Алексея Александровича Кузьбожева, Ивана Игнатова, Ивана Лыткина, Андрея Лютоева, Василия Митюнина, Александра Павлова, Деомида Семяшкина, Леонтия Фролова, Дмитрия Шурганова и Ильи Яковлева, в ноябре 1943 г. – заключенного Севпечлага Максима Пехтерина. Причем тех, кто был осужден на 5 лет, отправили на фронт «с отсрочкой приговора» (правда, тех, кто остался в живых, все же не посадили). А тех, кто был осужден в 1942 г. «до конца войны», пришлось освободить – отсрочить исполнение приговора им было невозможно" (там же).
Отсюда понятна логика принятия ОСО решения об осуждении до конца войны. 5-летний срок представлялся, по обстоятельствам дела, видимо, слишком суровым, окончания войны ожидали скорей, однако прямо нарушить распоряжение Берии дать минимум пятилетние сроки было проблематично. Поэтому прибегли к формулировке, позволившей обойти препятствие - и менее продолжительные сроки назначить, и не нарушить прямо распоряжение Берии. В итоге осужденные в 1942 г. в заключении провели всего по примерно 3 года.
"Возможно, среди фронтовиков были Алексей Кузнецов и Василий Данилов. Они были досрочно освобождены из Норильского ИТЛ в сентябре 1943 года. Есть сведения, что Алексей Кузнецов был демобилизован в феврале 1945 года. После войны он жил в Красноярском крае. О судьбе Данилова после 1943 г. сведений нет…
Иван Семенов в январе 1942 г. был переведен в Севжелдорлаг и уже 19 марта 1942 г. досрочно освобожден» (там же).

Журналист В. Копров пишет:
"Какова была дальнейшая судьба людей, «на которых нет достаточного материала для предания суду» (по донесению Л.Берии)?
Об этом рассказывается в работе учёного В.И. Ильина «Город-концлагерь: социальная стратификация гулаговской Воркуты (1930-1950-е годы) изданной в 1999 году Сыктывкарским государственным университетом.
До 29 августа 1940 года, их держали в лагере в Ивановской области. Затем всех отвезли в Архангельск, а оттуда – в Воркутинский лагерь, заставив идти пешком 250 км. «почти босыми и голодными»".
"В ноябре 1941 года оперативный отдел Воркутинского лагеря сообщал, что в Воркутстрое находилось более четырёхсот бывших военнопленных возвращённых из Финляндии, из которых 110 не имели решений по своим делам".

http://www.informc.ru/sg/online/content.php?subaction=showfull&id=1235571477&archive=&start_from=&ucat=18&

Снова путаница. На 29 июля всего было 4354 лица, «на которых нет достаточного материала для предания суду». Из них, согласно справке Соколова, до 1 сентября в Воркутинский лагерь было отправлено 1942 чел. Соколов мог не знать точного названия лагеря, кроме того, в дороге пункт назначения мог быть несколько изменен, именно, часть могла быть направлена в Воркутинский лагерь, часть в находившийся по соседству с ним Севпечжелдорлаг, далее могли совершаться другие перемещения и в конечном итоге в Воркутинском лагере к ноябрю 1941 г. действительно могло остаться только несколько более 400 бывших пленных, но для утверждения, что они были именно и только теми, «на которых нет достаточного материала для предания суду», необходимы веские основания, наличие которых у Ильина вызывает весьма серьезные сомнения.

Особенный интерес представляют для нас упомянутые самыми последними 110. По всей видимости, они были теми самыми недостающими 112, которые подлежали
осуждению ОСО, но оказались по непонятным причинам недоучтенными в числе 4242 отправленных в Воркутинский и Норильский лагеря в конце августа 1940 г. Как можно логично объяснить очевидную неувязку с ними?
Соколов, по всей видимости, давал отчет об отправке из лагеря лишь непосредственно подведомственного ему контингента. Именно по тем, следствия по делам которых были закончены и обвинительные заключения на которых были уже оправлены на решение ОСО. Таковых именно насчитывалось 4242, и об их отправке в Воркутинский и Норильский лагеря он и отчитался. Сверх того оставалось еще 664 переданных УНКВД, в т. ч. 42 медика, о которых он совсем не должен был отчитываться в докладе об отправке в лагеря, поскольку, если даже 432 из них (664 - 232 расстрелянных) отправлялись в составе тех же самых эшелонов, о которых сообщал Соколов, то за их отправку должно было отчитываться совершенно другое ведомство - Ивановское УНКВД, в чье ведение они перешли раньше.
Судя по темпам ведения следствия, члены оперативно-чекистской группы, работавшей в Южском лагере, просто не успевали подготовить обвинительные заключения к срокам отправки в северные лагеря. Выше уже упоминалось, что масса обвинительных заключений со стандартными обвинениями в добровольной сдаче в плен противнику и сроками в 5 лет для отправлявшихся в Воркутинский лагерь была изготовлена всего за неделю с 20 по 26 августа. Чтобы выйти из положения, отчитаться в успешном выполнении приказа о разгрузке лагеря до 1 сентября, Соколову было достаточно формально передать из своего ведения тех, на кого обвинительные заключения еще не были готовы, в ведение оперативно-чекистской группы. Фактически так оно и происходило все время в действительности (периодически в нуждах следствия погруппно подследственные изолировались от остальных внутри лагеря), но так как притом бывшие пленные не покидали стен лагеря, оформлять передачу было практически не необходимо. А во время разгрузки соблюдение этой формальности приобрело существенно иную роль.
Оно позволяло начальнику лагеря успешно отчитаться о разгрузке и снять с себя ответственность, действительно отправив из лагеря и тех, на кого обвинительные заключения еще не были готовы - кого поэтому он не имел права отправлять, а оперативно-чекистская группа могла. Причем вопрос о пункте назначения оставался отдельным. Строго по правилам, подследственных без обвинительных заключений следовало отправлять в лагерь, тоже подведомственный УПВ, но из-за отсутствия свободных и ввиду необходимости срочно разгрузить Южский лагерь, а также то, что завершить выписку обвинительных заключений предполагалось в ближайшее время, можно было и прямо отправить в Гулаг, это представлялось небольшим нарушением порядка.
Семеро остававшихся без приговоров до 15 июня 1942 г., о которых писал Рогачев, явно входили в ту самую группу
112.

Таким образом, в действительности в Воркутинский лагерь было отправлено не 1942 чел., как указал в своем отчете Соколов, а минимум на 342 чел. больше (230 командиров, которые были переданы УНКВД, и 112 без обвинительных заключений; заметим притом, что их сумма довольно близка к числу бывших пленных, находившихся по сведениям, сообщенным Ильиным, в Воркутинском лагере в ноябре 1941 г.). Итого минимум 2284 чел., или около того количества, что было отправлено в Норильский лагерь, куда, в свою очередь, кроме 2300 было этапировано до 202 переданных УНКВД, в числе которых был Казаков (664 - 232 приговоренных к расстрелу - 230 командиров), итого до 2502 чел.
Проверяем.
2284 (отправленных в Воркуту) + 2502 (отправленных в Норильск) + 232 (приговоренных к ВМН) + 450 (освобожденных из госпиталей) = 5468 (изначальное количество). Но на самом деле на 1 сентября имелась убыль на 17 чел., т. е. общее количество было не 5468, а 5451. Убыль приходились, вероятнее всего, по преимуществу на группы осуждавшихся ОСО. Т. е. реально сумма отправленных составляла не 4786 (2284 + 2502), а 4769.

Теперь понятно, что в распоряжении Лебедевой вовсе не могло быть документа, который прямо сообщал бы о передаче УНКВД 717 бывших пленных, поскольку таковых из наличного количества набиралось максимум 664. Минимум 231 из них точно не был казнен, документально подтверждается факт вынесения 232 смертных приговоров (35% от 664 переданных в УНКВД), а подтверждение исполнения имеется лишь на 158 из них.

Согласно данным общества "Мемориал", всего в 1940 г. по 58-й статье было вынесено 1863 смертных приговора. Из этого числа 243 (13%) проходили по новым западным областям, 1620 (87%) - по остальному СССР.
Из них утверждено и приведено в исполнение 1649. Если в этом количестве распределение по западным областям и остальному СССР было тем же, то на остальной СССР приходилось 1434. И если бы были, как утверждает Лебедева, расстреляны все 717 бывших военнопленных, переданных УНКВД, то это давало бы ровно половину всех исполненных в 1940 г. смертных приговоров по 58-й статье, что очевидно невероятно. А 232 казни от 1434 составляют 16%, что представляется достаточно правдоподобным.

http://www.memo.ru/HISTORY/Polacy/tables-3.htm (табл. 17)

В заключение - слово еще раз сотрудникам "Мемориала":

"В таблице 3 (1940 г.) обращает на себя внимание наполнение графы «передано в другие органы»: получается, что в этом году из УНКВД Западной Украины и Западной Белоруссии «передали» фантастическое число арестованных — 34 328 человек. Это выглядит особенно странным, если учесть, что по всей стране всеми органами в этом году числилось «переданными» 43 565 человек. Прямого ответа на вопрос, куда и зачем передавали арестованных, мы не нашли и потому вынуждены ограничиться предположениями. Первое состоит в том, что УНКВД западных областей попросту не смогли одолеть всего объема работы по следствию, отнимавшую (сколь бы поверхностно или фальсификаторски она ни велась) несравнимо больше времени и сил, чем проведение арестов, и — с ведома Киева и Минска (а скорее всего, и Москвы) — разослали значительную часть своих арестованных для следствия и осуждения по старым областям УССР и БССР".

"по известному («катынскому») решению Политбюро от 5 марта 1940 г. расстрелу подлежали <...> 11 тысяч следственных арестованных из тюрем УНКВД Западной Украины и Западной Белоруссии. В конце 1950-х гг. тогдашний председатель КГБ А.Шелепин в специальной записке Хрущеву указал, что из этой последней категории были расстреляны 7305 человек.
Документировать «убытие» этих людей, числившихся ранее в отчетности как «вновь арестованные», статистические работники НКВД могли только в одной графе — «передано в другие органы». Возможно, перед расстрелом (который частично осуществлялся прямо в тюрьмах) их действительно «перечислили» — за той самой «спецтройкой НКВД», которая была создана для проведения одной-единственной операции — реализации Постановления Политбюро о расстреле".

http://www.memo.ru/HISTORY/Polacy/gorrog_c.htm

Вот и поди их разбери. То говорят, что передача УНКВД - не расстрел и что передача вообще бюрократическая фикция, то утверждают абсолютно противоположное - будто бы передача УНКВД могла означать только расстрел...
Вернуться к началу Перейти вниз
Посмотреть профиль http://libelli.ru
Вячеслав Сачков



Количество сообщений : 4320
Localisation : Москва / Троицк
Дата регистрации : 2009-05-26

СообщениеТема: Re: Замечания к примечанию   Пт Май 21, 2010 4:42 pm

Заблудаев Дмитрий Иванович Родился в 1907 г., Нижегородская обл.,
Ковернинский р-н, с. Хохлома; русский;
До призыва в РККА - портной швейной фабрики № 1. Проживал: г. Горького.
находился в Южском лагере НКВД как б. военнопленный в Финляндии.
Арестован 29 июля 1940 г.
Приговорен: Военный трибунал МВО 8 августа 1940 г., обв.: 58-1 "б".
Приговор: ВМН. 21.08.40 г. расстрел заменен 10 г. ИТЛ, 5 г. п/п

Источник: Книга памяти Нижегородской обл.
http://lists.memo.ru/d12/f500.htm


Последний раз редактировалось: Вячеслав Сачков (Сб Май 22, 2010 10:04 am), всего редактировалось 2 раз(а)
Вернуться к началу Перейти вниз
Посмотреть профиль http://libelli.ru
Вячеслав Сачков



Количество сообщений : 4320
Localisation : Москва / Троицк
Дата регистрации : 2009-05-26

СообщениеТема: Re: Замечания к примечанию   Сб Май 22, 2010 10:02 am

Гурков Дмитрий Семенович 1906 г.р.
Место рождения: Смоленская, Шумячский, д. Погорелово;
русский; б/п; колхоз им. Молотова, колхозник
Арест: 21.08.1940 Арест. УНКВД Ивановской обл.
Осужд. 27.09.1940 Особое совещание при НКВД СССР.

Обв. сдача в плен белофиннам без оказания сопротивления
Приговор: 5 лет ИТЛ
Реаб. 17.07.1958 Военный трибунал Московского ВО
Источник: Книга памяти Смоленской обл.
http://lists.memo.ru/d10/f140.htm
Вернуться к началу Перейти вниз
Посмотреть профиль http://libelli.ru
Вячеслав Сачков



Количество сообщений : 4320
Localisation : Москва / Троицк
Дата регистрации : 2009-05-26

СообщениеТема: Re: Замечания к примечанию   Сб Май 22, 2010 10:07 am

Бутнев Алексей ГерасимовичРодился в 1919 г.,
Пензенская обл., Башмаковский р-н, ст. Башмаково;
русский; образование среднее; член ВЛКСМ;
красноармеец 97-го отделения лыжного батальона.
Проживал: Пензенская обл., РСФСР, Южский лагерь НКВД.
Арест. УНКВД по Ивановской области 26 августа 1940 г.
Приговорен: Особое совещание при НКВД СССР 27 сентября 1940 г.,
обв.: 58-10 будучи красноармейцем 97-го отдельного лыжного батальона, оказавшись в плену у белофинов подвергался а/с обработке, (нарушение воинской присяги). Приговор: ИТЛ на 5 лет
Реабилитирован 25 марта 1957 г. Военным трибуналом Московского ВО дело прекратить за отсутствием состава преступления

Источник: Пензенское общество "Мемориал"
http://lists.memo.ru/d5/f480.htm
Вернуться к началу Перейти вниз
Посмотреть профиль http://libelli.ru
Вячеслав Сачков



Количество сообщений : 4320
Localisation : Москва / Троицк
Дата регистрации : 2009-05-26

СообщениеТема: Re: Замечания к примечанию   Сб Май 22, 2010 10:09 am

Вязьменский Илларион Никитьевич Родился в 1918 г., Смоленская обл., Демидовский р-н, дер. Пустошь-Бжица; русские; б/п; красноармеец ком. отделения. 2 батальон 305 стрелкового полка 54 стрелковой дивизии,
Арестован 26 августа 1940 г. УНКВД Ивановской обл.
Приговорен: Особое совещание при НКВД СССР 27 сентября 1940 г., обв.: нарушение воинской присяги (был в плену у финнов). Приговор: 5 лет ИТЛ
Реабилитирован 29 апреля 1937 г. Военный трибунал Московского ВО

Источник: Книга памяти Смоленской обл.

http://lists.memo.ru/d7/f381.htm
Вернуться к началу Перейти вниз
Посмотреть профиль http://libelli.ru
Вячеслав Сачков



Количество сообщений : 4320
Localisation : Москва / Троицк
Дата регистрации : 2009-05-26

СообщениеТема: Re: Замечания к примечанию   Сб Май 22, 2010 10:11 am

Городничев Александр Яковлевич Родился в 1908 г., Смоленская обл., Холм-Жирковский р-н, дер. Княжино; русский; б/п; колхоз "Крестьянин".
Арестован 21 августа 1940 г. УНКВД Ивановской обл.
Приговорен: Особое Совещание при НКВД 27 сентября 1940 г., обв.: за сдачу в плен белофиннам без оказания сопротивления.
Приговор: 5 лет ИТЛ. Реабилитирован 6 марта 1958 г. Военный трибунал Московского ВО

Источник: Книга памяти Смоленской обл.

http://lists.memo.ru/d9/f263.htm
Вернуться к началу Перейти вниз
Посмотреть профиль http://libelli.ru
Вячеслав Сачков



Количество сообщений : 4320
Localisation : Москва / Троицк
Дата регистрации : 2009-05-26

СообщениеТема: Re: Замечания к примечанию   Сб Май 22, 2010 10:15 am

КАЛИТИН ФЕДОР ЕФИМОВИЧ Год рождения 1907
Область рождения РСФСР, Архангельская обл.
Место рождения Приозерный р-н, с. Рыжково
красноармеец 9 лыжб 9 А
Приговорен: тройкой УНКВД 15 июня 1942 г., обв.: за «сдачу в плен без сопротивления».
Приговор: лишен свободы на период войны. Реабилитирован 18 августа 1958 г.
Источник: Поморский мемориал: Книга памяти Архангельской обл.
http://lists.memo.ru/d15/f123.htm
[url=http://www.ipc.antat.ru/Ref/fields.asp?f=%CA%E0%EB%E8%F2%E8%ED
&s=&l=&y=&m=&r=&b=KP-FIN&np=true&p=1&ID={C5512B2E-DD53-4B04-B71C-AD443E17794D]Книга Памяти советско-финляндской войны 1939-1940 Том 5[/url]

Что это такое за "тройка УНКВД"?
Вернуться к началу Перейти вниз
Посмотреть профиль http://libelli.ru
Вячеслав Сачков



Количество сообщений : 4320
Localisation : Москва / Троицк
Дата регистрации : 2009-05-26

СообщениеТема: Re: Замечания к примечанию   Сб Май 22, 2010 10:42 am

Курицина Надежда Федоровна Родилась в 1918 г.,
Ивановская обл., Мологский р-н, с. Веретея; русская;
163-я стрелковая дивизия, военфельдшер..
Арестована 23 августа 1940 г.
Приговорена: Особое совещание при НКВД СССР 15 июня 1942 г.,
обв.: за сдачу в плен во время советско-финляндской войны 1939-1940, статьи нет.
Приговор: ИТЛ, без срока
. Реабилитирована 24 мая 1956 г. Верховным судом СССР.
Источник: Книга памяти Мурманской обл.
http://lists.memo.ru/d19/f219.htm

А это что за загадка истории??? Приговор типа "держать в рудниках без срока и без квалификации преступления по статье в железах за сдачу в плен во время советско-финляндской войны 1939-1940"???


Последний раз редактировалось: Вячеслав Сачков (Сб Май 22, 2010 10:54 am), всего редактировалось 3 раз(а)
Вернуться к началу Перейти вниз
Посмотреть профиль http://libelli.ru
Ненец-84
Admin


Количество сообщений : 6516
Дата регистрации : 2009-10-02

СообщениеТема: Re: Замечания к примечанию   Сб Май 22, 2010 10:44 am

Вячеслав Сачков пишет:
КАЛИТИН ФЕДОР ЕФИМОВИЧ Год рождения 1907
....Приговорен: тройкой УНКВД 15 июня 1942 г., обв.: за «сдачу в плен без сопротивления».
Что это такое за "тройка УНКВД"?
Тройка НКВД по области? bounce
Вернуться к началу Перейти вниз
Посмотреть профиль
Вячеслав Сачков



Количество сообщений : 4320
Localisation : Москва / Троицк
Дата регистрации : 2009-05-26

СообщениеТема: Re: Замечания к примечанию   Сб Май 22, 2010 10:52 am

Ненец-84 пишет:
Тройка НКВД по области? bounce

В буквальном переводе - так.
Вернуться к началу Перейти вниз
Посмотреть профиль http://libelli.ru
Вячеслав Сачков



Количество сообщений : 4320
Localisation : Москва / Троицк
Дата регистрации : 2009-05-26

СообщениеТема: Re: Замечания к примечанию   Сб Май 22, 2010 11:08 am

Евстегнеев Иван СергеевичРодился в 1918 г., Пензенская обл., Николо-Пестравский р-н, д. Никифоровка; русский; образование начальное; б/п;
Проживал: Пензенская обл., Николо-Пестравский р-н, д. Никифоровка.
красноармеец 122 Артполка (44 стрелковой дивизии)
Арест. Управление НКВД Ивановской области 23 августа 1940 г.
Приговорен: Особое совещание при НКВД СССР 27 сентября 1940 г., обв.: 58-1"в" # за сдачу в плен белофинам без оказания сопротивления.
Приговор: ИТЛ на 5 лет Реабилитирован 7 апреля 1958 г.
Военный трибунал Московского ВО дело прекратить
за отсутствием состава преступления
Источник: Пензенское общество "Мемориал"
http://lists.memo.ru/d12/f12.htm
Вернуться к началу Перейти вниз
Посмотреть профиль http://libelli.ru
Вячеслав Сачков



Количество сообщений : 4320
Localisation : Москва / Троицк
Дата регистрации : 2009-05-26

СообщениеТема: Re: Замечания к примечанию   Сб Май 22, 2010 11:13 am

Миронцов Виктор Васильевич Родился в 1918 г., г. Жлобин Гомельской обл.;
белорус; образование среднее; член/канд. в члены ВКП(б);
Проживал: Минская обл., Минск.
военнослужащий, 316 СП, 18 стр.див..
Арестован 27 июня 1940 г.
Приговорен: судебный орган 11 июля 1940 г.,
обв.: 58-1б УК РСФСР - находясь в плену, пожелал остаться в Финляндии.
Приговор: 10 лет ИТЛ, 5 лет п/п, конфискация имущества, отбыв.: Печлаг
Реабилитирован 10 марта 1995 г. Гл. Военная прокуратура РФ
Источник: Белорусский "Мемориал"
http://lists.memo.ru/d23/f7.htm
Вернуться к началу Перейти вниз
Посмотреть профиль http://libelli.ru
Лаврентий Б.
Admin


Количество сообщений : 1089
Дата регистрации : 2009-07-18

СообщениеТема: Re: Замечания к примечанию   Ср Дек 01, 2010 7:30 am

Вячеслав Сачков пишет:
КАЛИТИН ФЕДОР ЕФИМОВИЧ Год рождения 1907
Область рождения РСФСР, Архангельская обл.
Место рождения Приозерный р-н, с. Рыжково
красноармеец 9 лыжб 9 А
Приговорен: тройкой УНКВД 15 июня 1942 г., обв.: за «сдачу в плен без сопротивления».
Приговор: лишен свободы на период войны. Реабилитирован 18 августа 1958 г.
Источник: Поморский мемориал: Книга памяти Архангельской обл.
http://lists.memo.ru/d15/f123.htm
http://www.ipc.antat.ru/Ref/fields.asp?f=%CA%E0%EB%E8%F2%E8%ED
&s=&l=&y=&m=&r=&b=KP-FIN&np=true&p=1&ID={C5512B2E-DD53-4B04-B71C-AD443E17794D}
Книга Памяти советско-финляндской войны 1939-1940 Том 5[/url]

Что это такое за "тройка УНКВД"?

Это творчество дэмократов. В той ссылке ни о какой тройке ни слова нет, а датой смерти Калитина Федора Ефимовича обозначен февраль 1940:


Вернуться к началу Перейти вниз
Посмотреть профиль http://lavrentij-b.livejournal.com
Вячеслав Сачков



Количество сообщений : 4320
Localisation : Москва / Троицк
Дата регистрации : 2009-05-26

СообщениеТема: Re: Замечания к примечанию   Ср Дек 01, 2010 4:13 pm

1. По первой ссылке тройка УНКВД есть.
2. Февраль 1940 г. - дата пропажи без вести, а не смерти.
Вернуться к началу Перейти вниз
Посмотреть профиль http://libelli.ru
Admin
Admin


Количество сообщений : 675
Дата регистрации : 2007-04-02

СообщениеТема: Re: Замечания к примечанию   Вт Апр 30, 2013 12:45 am

Вячеслав Сачков пишет:
1. По первой ссылке тройка УНКВД есть.

Эта ссылка и есть творчество дэмократов.

Вячеслав Сачков пишет:
2. Февраль 1940 г. - дата пропажи без вести, а не смерти.

Пропажа без вести может в реале оказаться пленением только в период отступления.
А при наступлении (а в феврале 1940 г. РККА активно наступала) пропажа без вести - это на 99% означает смерть.

Опять же - крайне трудно поверить, чтобы следствие по делу этого Калитина тянулось с марта 1940 (обмен пленными после мирного договора) до июня 1942 - то есть более ДВУХ лет, причем из этих двух лет один год приходится на войну.
Вернуться к началу Перейти вниз
Посмотреть профиль http://katyn.editboard.com
Вячеслав Сачков



Количество сообщений : 4320
Localisation : Москва / Троицк
Дата регистрации : 2009-05-26

СообщениеТема: Re: Замечания к примечанию   Ср Май 01, 2013 9:09 pm

Admin пишет:
Эта ссылка и есть творчество дэмократов.
Творчество - не ссылка, а поминание тройки УНКВД.

2. Февраль 1940 г. - дата пропажи без вести, а не смерти.
Цитата :

А при наступлении (а в феврале 1940 г. РККА активно наступала) пропажа без вести - это на 99% означает смерть.
Насчет смерти предположение, а пропажа без вести остается фактом.
Цитата :

Опять же - крайне трудно поверить, чтобы следствие по делу этого Калитина тянулось с марта 1940 (обмен пленными после мирного договора) до июня 1942 - то есть более ДВУХ лет, причем из этих двух лет один год приходится на войну.
С этим обстоит сложнее. Я уже указывал на заявление Сталину 8 офицеров, которое они написали в лагере в начале 1941 г. от имени 230-ти переданных в УНКВД и оказавшихся вместе с ними в Норильлаге. Опубликовавший его журналист обнаружил его в копии в архиве лагеря. Он сделал совершенно нелепый вывод о том, что раз де копия, то заявление якобы до адресата не дошло, а авторы его якобы подверглись репрессиями. В действительности наоборот. Раз в деле копия, значит оригинал дошел до адресата, а что за тем последовало, вопрос отдельный. Если бы были репрессии, соответствующие документы отложились бы в лагерном архиве и журналист с ликованием их опубликовал. Но так как таковые не отложились, репрессии, вероятнее всего, не последовали. Однако это не вполне проясняет вопрос, который в итоге остается.
Почему, действительно, приговоры начали выносить значительное время спустя после водворения освобожденных из плена в лагеря? Вообще история их отправки в лагеря, мягко выражаясь, весьма необычная, странная. Почему приговоры начали выносить так поздно, причем уже в лагерях? Все ли на самом деле получили приговоры? Когда в действительности началось освобождение и на какое время оно на самом деле в основном пришлось?
Журналист пишет, что освобождать начали только с 1942 г., причем освобождено было значительное меньшинство.
Однако по сведениям Прилукского РВК Коми АССР многие из них были призваны на фронт в октябре 1941 г. См. ОБД 64696023
Номер донесения 62073
Тип донесения Донесения послевоенного периода
Дата донесения 22.07.1946
Название части Прилузский РВК Коми АССР
http://www.obd-memorial.ru/html/info.htm?id=64696023&page=1
Возможно, приговоры им были вынесены ранее того времени, но также не исключено, что и вовсе не выносились. Как бы то ни было, однако призыв на фронт есть уже установленный факт. По спискам военкомата идут одни рядовые, в т. ч. коми по национальности, которых поименно называл в своей публикации журналист.
Следовательно, судьба 230-ти офицеров сложилась как-то иначе. Воспоминания одного из них публиковались дважды в сети. Впервые в 1998 г., отрывок о следовании из Южского лагеря в Норильлаг, о том, какой тяжелой была дорога, именно, на северной части пути. Второй, гораздо более длинный, отрывок попал в сеть несколькими годами спустя. Интервьер спросил его, не имеет ли он обиду на власть, которая так сурово его наказала. Мемуарист ответил, что не имеет. Наоборот, сказал он, он отлично знал на что шел, сделал свой выбор сознательно. По его словам, в финском плену ему предлагали вступать в добровольческий батальон, сулили большую зарплату, направление на учебу в военную академию любой из западноевропейских стран по его выбору и т. п., но он отказался, был коммунист. А самый интересный эпизод в его воспоминаниях - о том, как его восстановили в партии и избрали парторгом, когда его лагерный срок еще не кончился, т. е. когда он был еще зэком. При жизни Сталина.
Я долго не мог сообразить, как такое вообще могло случиться?
Теперь до меня дошло. Когда 230 офицеров, которым следователи говорили, что они прошли проверку успешно, которые сами активно выявляли скрывавшихся бывших добровольцев и капо, отправляли в лагеря, им говорили, что их отправляют на выполнение секретного особого задания. Попав в лагеря, первое время (как сообщается в вышеупомянутом заявлении) они не понимали, кто они, заключенные или свободные люди. Позднее до них дошло, в каком статусе они находятся.
Но так описывают дело в заявлении 8 человек, обращавшихся якобы от имени всех 230-ти.
Теперь предположим, что никто заявителей писать обращение к Сталину не уполномочивал, что в действительности они писали только от самих себя, а остальные просто не возражали, но их молчание авторы приняли за согласие. Т. е. эти восьмеро не знали чего-то того, что о чем знали остальные 222.
Далее предположим, что в лагерях большинство из 230-ти офицеров на самом деле выполняли ответственное секретное задание, что остается тайной до сих пор. Действительно, их дальнейшая судьба с момента отправки заявления Сталину остается невыясненной доныне.
Так, может быть секретное специальное задание в лагерях они выполняли на самом деле и этим объясняется загадка вынесения приговоров уже в лагерях спустя довольно долгий срок после водворения в них?
Вспомним, что на той самой пристани на пути к Воркуте, на которую прибыли освобожденные из плена, в 1942 г. началось восстание заключенных в 1942 г. Вспомним еще готовившуюся гитлеровцами операцию "Анадырь" - массовое восстание заключенных Воркутинских лагерей. В восстании, которое произошло в 1942 г., участвовало несколько десятков заключенных и оперативникам стоило больших трудов подавить его, причем это заняло у них сравнительно долгое время. Но если бы планы немцев осуществились так, как задумывалось и готовилось, оно могло принять значительно бОльшие и гораздо более опасные масштабы. Если же допустить, что офицеры отправлялись в лагеря в качестве надежных секретных агентов с миссией предотвращения подобных инцидентов, тогда сходится. Становится ясно, почему одного из них, еще в статусе зэка, восстановили в партии и избрали парторгом, а также почему приговоры на них не находятся. Потому что приговоров не было и не могло быть. Раз отправляли особо секретными агентами, не должны были им выносить приговоры, потому что из этого вытекали бы чересчур далеко идущие никому не нужные юридические последствия.

Smile

Можно привести еще одну историческую параллель. В делах советских военнопленных в немецком плену нередко встречаются записи "отправлен в СД". В большинстве случаев это означает отправку на казнь, в тюрьму, в концлагерь, в любом варианте ничего хорошего. Однако дальнейшая проверка показывает, что в редких случаях это означало и полярно иное - отправку в школу СД, где готовили провокаторов, вообще на работу секретным агентом в другой лагерь, к партизанам, в советский тыл. Аналогичное значение могло иметь и выражение "передан УНКВД" в редких случаях.
Вернуться к началу Перейти вниз
Посмотреть профиль http://libelli.ru
Вячеслав Сачков



Количество сообщений : 4320
Localisation : Москва / Троицк
Дата регистрации : 2009-05-26

СообщениеТема: Re: Замечания к примечанию   Вт Окт 06, 2015 3:29 pm

Ларионов Сергей Иванович, 1914 г. р., уроженец г. Ревель, из семьи мастера судостроительного завода «Петровская верфь», окончил Котлотурбинный техникум при заводе «Красный Путиловец» в 1934 г., работник артели «Красный полиграфист», проживал: г. Ленинград. С ноября 1937 г. в Красной армии, механик-водитель тяжелого танка в 91-м отдельном танковом батальоне 6-й отдельной танковой бригады ЛВО, младший командир. Участник Советско-Финляндской войны. 17 декабря 1939 г. попал в плен. В апреле 1940 г. по обмену возвращен в СССР. Эвакуирован в Южлаг, в августе 1940 г. этапирован в Норильлаг. Особым совещанием при НКВД СССР 18 сентября 1940 г. осужден за «сдачу в плен белофиннам» на 5 лет ИТЛ. Освобожден в 1943 г. с отправкой на фронт. Оставлен в Норильске вольнонаемным, работал технологом на Ремонтно-механическом заводе, с 1948 г. ст. механик Большой обогатительной фабрики. Реабилитирован в 1956 г. Вернулся в Ленинград в 1962 г. Умер в 1985 г.

http://visz.nlr.ru/searchword.php?qs=%F0%E5%E0%E1%E8%EB%E8%F2%E8%F0%EE%E2%E0%ED&rpp=20&p=1514&razdel=1
Вернуться к началу Перейти вниз
Посмотреть профиль http://libelli.ru
Спонсируемый контент




СообщениеТема: Re: Замечания к примечанию   Сегодня в 12:19 pm

Вернуться к началу Перейти вниз
 
Замечания к примечанию
Предыдущая тема Следующая тема Вернуться к началу 
Страница 1 из 1

Права доступа к этому форуму:Вы не можете отвечать на сообщения
Правда и ложь о Катыни :: Для начала :: Обсуждения-
Перейти: